Приятного прочтения
Рыжая Кошка
r> Достал из стола какой-то свиток и небрежно так ко мне подвинул.
— На, — говорит, — держи. Да не шарахайся так, не кусается.
Ну, я взял, осторожно так. Бумага хорошая, толстая — или это даже не бумага, а... как бишь его... пергамент? Перевит этот свиток двумя лентами, синей и красной, и печатей на них штук пять болтается.
— Это теперь твое, — спокойно так сообщает мне комбриг. — «За спасение жизни Ее Высочества...», ну и прочие твои подвиги там перечислены. Так что теперь ты не простой дворянин, а целый граф.
Вот тут он меня достал. Хорошо так, конкретно, не хуже, чем из стапятидесяти-... Я и граф?! Приехали, называется. Хватай мешки — вокзал отходит!
— Т-товарищ комбриг, — бормочу. — Это как же. Что значит «из дворян в графы»?
— А, ты же не знаешь, — морщится комбриг. — Всем нашим дворянство сразу по прибытии присваивается. Автоматически. Раньше местные благородные сильно нос задирали — как это, мол, человек неблагородного происхождения будет их лордства по грязи гонять? Довозмущались... здешний канцлер, хвала богам, мужик понимающий. Взял да шлепнул указ. Визгу, конечно, было. Ничего, попривыкли.
— И что, все наши теперь — благородные господа?
— Точно, — кивает комбриг. — Рязанцев твой, например, простой рыцарь... не удостоился. А меня сразу герцогским титулом припечатали.
Черт, думаю, чтоб я еще в этой феодальной системе разбирался. Сам, конечно, виноват — нет чтобы у рыжей расспросить! А так всех знаний — из тех же «Трех мушкетеров». Кем там они были? Сам д'Артаньян вроде простым шевалье — тот же рыцарь, только по-французски, Портос, помнится, все мечтал бароном заделаться. Арамис — этот по церковной линии продвигался, а Атос — граф... как и я теперь. Не, точно съехать можно от таких сюрпризов.
— Оклемался... граф? — с легкой такой ехидцей спрашивает комбриг. — Или ты теперь только на ваше сиятельство откликаться будешь?
— Товарищ комбриг! — Это у меня прямо стон души вырвался. — А без этого... никак нельзя? Ну какой из меня, в самом деле, граф? Это же... форменное издевательство над человеком.
— Форменное издевательство, — говорит комбриг, — было бы, если б я им разрешил посвящение по всем правилам устроить, с принесением вассальной присяги и прочими... прелестями. Они же еще и орден на тебя собирались навесить, в дополнение к твоим. Орден Святого Риса, один из высших, между прочим... тарелка в полпуда плюс цепь золотая к нему.
— Да я, — у меня аж дыханье перехватило, — я на этой цепи повешусь!
А комбриг только знай себе в усы усмехается.
— Сел бы ты, — говорит, — что ли, граф старший сержант. А то маячишь тут.
Я от всех этих... новостей прямо расстроился вконец. Откозырял коротко:
— Слушаюсь, — выволок из угла стул — здоровый, зараза, под стать столу, и плюхнулся.
— Ты только учти, разведка, — добавляет комбриг, — что ты не простой граф, а
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
