Приятного прочтения
Трудный ребенок
успел — как позади нас, в облаке бензина и пыли, отец Иллирий чихать принялся. Еще даже подумать успел — ну и могучий же у него чих... И тут нас как шмякнуло!
Глава 11
Поп, как выяснилось, все-таки просчитался. Точнее, недосчитал. Потому что влетели мы в этот Травяной Мир — как там его Иллирий обозвал, Невсклертиш, что ли? — где-то в метре над землей. Будь скорость поменьше — запросто могли бы скапотировать.
Повезло. Хотя посадочка — я уж другого слова не подберу — была еще та. Шмякнулись, подскочили — это на «Додже»-то, — обратно плюхнулись и только после этого мало-помалу затормозили.
Отпустил я руль, мотор заглушил, потянулся за пилоткой — пот со лба утереть, — да так и замер, не дотянувшись.
Черт!
Вокруг машины, от горизонта до горизонта, — море. Синее море. Море травы. Я даже в первый миг и не сообразил, что это трава — решил, что и в самом деле в океан угодили и сейчас на дно пойдем. Цвет — точь-в-точь, и волны ветер колышет.
А небо — зеленое.
В том мире, сквозь который мы с рыжей за «языком» ходили, тоже зеленое небо было. Но там другое. Там цвет густой был, и в нем еще пузырьки какие-то проскальзывали.
А тут — яркий-яркий.
И на этом убийственно-зеленом небе горело огромное косматое малиновое солнце.
Зрелище, что называется, на раз. А также на два, три и четыре. Словно кто-то взял, да и перевернул... Все.
Да уж, думаю, как бы от такого в голове шестеренки с шариками не перепутались.
Очнулся я оттого, что рыжая рядом тихонько так вздохнула.
— Здесь красиво.
— ?!
Я только головой мотнул. Не знаю, как насчет красоты, но я бы это зрелище немного по-другому охарактеризовал. Апо... Опо... тьфу, не помню, какое слово старший лейтенант говорил, специально для таких вот случаев предназначенное. Сногсшибательное, короче говоря, зрелище. Вроде рыжих ножек. Слабонервных и детей просят не смотреть. Хотя... детям можно.
И тут мне еще одна мысль в голову пришла.
— Слушай, — говорю, — госпожа Карален. Помнится мне, Иллирий говорил, что в этом мире никаких аборигенов, то есть местных народностей, не наблюдается? Так?
— Да.
— А почему же тогда вы, — спрашиваю, — такое роскошное местечко до сих пор не колонизировали? Такая ширь кругом — пахать, не перепахать.
— Здесь нельзя жить!
— Что?
— В Травяном Мире, — устало так говорит Кара, — человек не может выжить больше недели. Мы... убедились в этом. В этой траве, в земле, в свете солнца... есть что-то, что убивает.
— Весело.
Ах да, вспоминаю, что-то в этом роде и поп говорил. На тему — почему это в таком приятном месте до сих пор никакая сволочь не завелась.
Посмотрел я еще раз на здешнюю красоту. По-другому. Да, красиво, да, дух захватывает. Но вот только всю эту роскошь на хлеб не намажешь и голодного ею не
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
