Приятного прочтения
Трудный ребенок
нь р-раздраженное.
— Это — теплая одежда!
Да уж. Посмотрел я на эту кучу, ничегошеньки не понял и потянул к себе то, что сверху было, — то ли спальный мешок, то ли чехол для печной трубы.
Потащил и еле отскочить успел. Потому как чехол этот, как выяснилось, не сам по себе одежда был, а часть чего-то. Вот это самое чего-то, когда гора развалилась, меня едва под собой не погребло.
В этот момент как раз поп нарисовался.
— О, — радостно так замечает, — я как раз и хотел посоветовать вам взять с собой, на всякий случай, пару тулупов.
Вот тут-то я своим ушам в очередной раз не поверил.
— Ась? — переспрашиваю. — Как вы сказали «это» называется?
— Тулупы, — озадаченно повторяет поп. — Но... мне казалось, что у вас в мире они достаточно распространены.
— Угу, — киваю. — Только вот они там, как бы это сказать, помельче будут.
То, что они тут нашили, — это был всем тулупам тулуп, дед и прадед. Его и за одежду-то признать было сложно, скорее уж за жилье какое — юрту там или вигвам. В такой форме заступил на пост, допустим, в декабре — и стой хоть до весны, главное, чтобы с подвозом горячей пищи перебоев не наблюдалось.
Интересно, думаю, а есть у них хоть чего-то, что у нас побольше. Кроме, понятно, авиабомб. А то все эти яблочки, волы, горы бродячие, теперь вот тулупы... прямо в тоску вгоняет. Не знаю уж, в какой комиссии этот мир проектировали, но кто-то в ней определенно гигантоманией страдал.
Тот тулуп, который меня чуть не завалил... Его на кузов «Аризоны» можно было вместо тента натянуть — хватило бы с лихвой и еще бы полами землю подметало. А та круглая штуковина, которую я за спальный мешок принял — это, оказывается, рукав такой был.
— Интересно, — спрашиваю, — кто ж это у вас в таких тулупчиках щеголяет? Великаны?
— Великаны тут ни при чем, — заявляет рыжая. — Эту одежду надевают рыцари поверх доспехов.
Ну-ну.
Ладно, думаю, чего там поверх кого — это мы как-нибудь потом разберемся. Главное — одежа есть, и накрыться, в случае нужды, будет чем. А то время уходит, а оно нынче дорого. На войне время всегда дорого, и цена у него всегда одна.
— Хорошо, — говорю. — С тулупами разобрались. Патроны взяла?
— Так точно.
— Еще лучше. Давай, загружаем все это в кузов и поедем. С божьей, как говорится, помощью. А святой отец пусть нам пух без перьев пожелает.
Я, вообще-то, во все эти приметы не очень-то верю, да и по должности не положено, но, с другой стороны, после того, как в немецкий тыл десяток раз на брюхе сползаешь, и не таким суеверным заделаешься. И гимнастерочку заветную, счастливую, по десять раз штопать-перестирывать будешь, и фляжку недопитую оставлять — чтобы было к чему вернуться, — и креститься в уголке втихомолку. А у одного парня у нас совсем заковыристая примета была — он перед каждым выходом фигурку какую-нибудь из дерева выстру
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
