Приятного прочтения
Твоя Рашель...
r> — Ты ничего не понимаешь, Малахов, — вот заладила. — В лесу — смерть.
— Так и на дороге оставаться — тоже смерть, — отвечаю. — И вообще — мы на войне или где?
— Смерть, — говорит Кара, — она везде. Но она разная. Та, что ждет нас в ночном лесу, — очень страшна. Слишком страшна для меня. Я не смогу пройти. Ты — может быть...
Ох и надоел мне этот разговор.
— Так ведь и умирать, — говорю, — тоже можно по-всякому. Ага. Можно на дно окопа плюхнуться, голову руками обхватить и ждать, пока тебя немецкий танк в этом окопе заживо не похоронит. А можно под этот танк с гранатой кинуться.
Я и того, и того навидался. В первом бою, понятно, паникеров, ну, не паникеров, просто растерявшихся — большинство. Во втором уже могут и кинуться. А потом, дальше, те, кто жив останется, уже научатся и танки жечь, и через себя их пропускать, и снова жечь, и самим живыми оставаться. Только для этого нужно сначала первые два боя пережить.
— Значит, так, — говорю, — не-рядовая. Боишься к ним в лапы попасть — держи «лимонку» наготове. Успеешь выдернуть — и через четыре секунды тебя никакой Гарик Охламон не заштопает.
И... шагом марш!
В крайнем-то случае можно было ее и здесь оставить. Просидела бы ночь на ветке — глядишь, ума бы и прибавилось. А проходы эти, аквариумные... да черт с ними. Можно и напрямик, через мост. Если с этой стороны у них такая же оборона, как у Трофима, то с пятью гранатами я им такой фейерверк устрою.
Да только разведка своих не бросает!
Глава 8
Пошли. Сначала рыжая впереди шла, а я сзади — зеленого языка на мушке держал, хотя он, по-моему, леса этого дохлого боялся еще больше, чем меня. Углубились метров на двести, и тут Кара ко мне поворачивается.
— М-малахов, — шепчет. — Я...
А я смотрю — даром что темнота уже почти полная, а личико у нее белое-белое. И губы дрожат.
— Ладно, — говорю, — не вибрируй. На, держи пистолет и давай зеленого конвоируй. А в авангарде я пойду.
Вытащил на всякий случай из мешка еще одну «лимонку», на ремень повесил, и дальше двинулись.
Темнота, кстати, вовсе не такая уж кромешная. Звезд, правда, нет, но сами облака слегка подсвечивают.
А потом — словно прожектор врубили.
Глянул вверх — луна. Круглая зараза, раза в два побольше нашей. То ли она у них к планете ближе, то ли и в самом деле в два раза здоровее, а может, просто оптический обман.
Но сияет, сволочь, хуже любого САБа.
Слышу — гоблин за моей спиной зубами выстукивает.
— П-полнолуние, — бормочет. — В п-полнол-луние на охоту в-выходят...
— Кончай нудить, а, — говорю. — Еще раз пасть без разрешения откроешь, я тебе все клыки туда прикладом позабиваю.
Заткнулся.
Идем дальше. И вдруг такой жуткий стон откуда-то справа донесся — у меня аж волосы на загривке зашевелились. Ну не может жи
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
