Приятного прочтения
Совет динозавров
анам похлопал, кусок сахара добыл.
— Эй, кавалерия, — зову, — сахар хочешь?
Конь на сахар искоса взглянул, на Кару обернулся, ноздрями похлопал — хочется, — осторожно так к руке потянулся и схрумкал.
Я его за морду обнял, вроде бы глажу, а сам ему на ухо шепчу:
— Если тут даже «Доджи» человека понимают, то ты, зверюга, меня точно поймешь. Будешь из себя аристократа строить — схлопочешь между глаз. У меня с саботажниками разговор короткий.
Гнедой морду вырвал, отпрянул на пару шагов, фыркает возмущенно. А я стою себе и кобуру на боку поглаживаю.
Кара его седлать закончила, за луку схватилась и взлетела — даже стремян не коснулась.
— Слушай, — говорю, — а вторую лошадь ты вывести не можешь? Кобылку какую-нибудь, посмирнее.
— А ты что, — спрашивает, — за талию женскую взяться боишься?
— Да я, — говорю, — могу и повыше ухватиться. Я другое сообразил — седло-то не двухместное.
— И что же ты за воин, — усмехается, — если без седла на коня вскочить боишься?
Тут я уже злиться начал.
— Да что ты, — говорю, — заладила, — и тоже без стремян махнул. — То боюсь, это боюсь. Тебя бы в танковый десант — посмотрел бы, кто чего боится.
— Десант — это когда прыгают?
— Ага. Вверх тормашками. Особенно когда на мине подрываются. Как хоть зовут эту конягу? — спрашиваю.
— Гармат, — гордо так отвечает рыжая. — Так звали коня великого короля Торчела.
— Ладно, — говорю, — хоть не Буцефал.
— А кто такой Буцефал? — спрашивает.
— Не знаю. Тоже вроде чей-то конь. Просто капитан как-то сказал, что он двоих не выносит.
А Гармат-то этот, похоже, меня понял преотлично. На дыбы не становился, даже не взбрыкнул ни разу — в общем, вел себя тише воды, ниже травы. Рыжая, когда доехали, даже удивилась.
— Повезло тебе, — говорит. — Обычно он страшно не любит, когда на нем кто-то, кроме меня, едет. А сегодня смирный.
— Это все от сахара, — говорю. — Метод кнута и пряника.
Ага. Ста грамм и заградотряда. Только дверцу распахнул — а рыжая уже вспрыгнула и за рулем устраивается.
— Эй, а как же конь?
— Ну ты ведь обещал.
— Так я, — говорю, — от своего слова не отказываюсь. Раз уж вылетело. Я про коня спрашиваю.
Кара из кабины высунулась.
— Гармаг — домой.
Гнедой на меня фыркнул напоследок и умчался. Понятливая зверюга, ничего не скажешь. Умнее многих двуногих.
Ладно. Забрался в кабину «студера», задвинул рыжую к самой дверце, прикинул — до педалей дотягиваюсь.
— Значит так, — говорю, — твоя задача — рулить. То есть вращать в нужную сторону вот эту круглую штуку, которая и называется рулем.
— А что такое баранка?
Ты!
— Иногда, — мягко так говорю, — руль называют баранкой. Делают это невежественные, темные люди, которые не могут выговорить
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
