Приятного прочтения
Сестрица Аленушка
пили, что не пили. Говорит:
– Как вы тут?
Мы ему:
– Выто… как тут?
Вот он и рассказал нам про клонирование в высших эшелонах власти.
Онто – настоящий Ельцин, его опоили в девяностом году, он чудом спасся. Скрывался в Германии, потом в шалаше, потом в соседнем гараже.
Налили ему, он выпил, смотрим – точно! Ельцин в девяностом году.
Начал рассказывать – у нас волосы дыбом – кругом двойники, настоящих людей в руководстве никого не осталось.
Чубайс – двойник. Настоящего давно уже привязали к столбу, обложили ваучерами и сожгли.
Грачев – полководец… легенда, не человек, который настоящий. В Чечне один пошел в атаку!.. За ним никого. Взяли в плен, потребовали выкуп… сто рублей. Никто не дал.
Гайдар – зеркало реформ. Матерый человечище! Гений!! Погиб по собственной глупости. Вышел ночью подышать свежим воздухом. На улице спал какойто врач. Врачу приснилось, что он себе на гроб накопил! Вдруг видит – вор подбирается. Во сне крикнул: держите вора!.. Гайдар решил, что его опознали. А опознать нельзя было – он когда выходил гулять, специально, чтобы не узнали, щеки раздует и гуляет… Кинулся Гайдар бежать – проснулись учителя, военные, шахтеры. Гнали его до Уралреки, переплыть он не смог.
И вот так всех: кого утопили, кого голым в муравейник.
Мы выпили. Только закусывать, свет задергался, замигал – лица у всех то черные, то синие, то черные, то синие. Я еще подумал: «Самито мы настоящие?»
Только подумал, Сергей Сергеевич и говорит Ельцину.
– Они вот, – говорит Сергей Сергеевич, – думают, что я – Сергей Сергеевич. А нас было два братаблизнеца. Один умер трех месяцев – Коля. А я – Сережа. А может, я умер, а Коля жив?
Ельцин выпил, посмотрел ему в глаза, говорит:
– Коля жив! А ты умер.
Мы выпили за покойника Сергея Сергеевича. Он с нами тоже выпил… Только хотели закусывать – собаки завыли со всех сторон. Както не по себе стало. Одна радость, думаю, Алексей Алексеевич настоящий.
И как раз Ельцин обращается к нему:
– А вас как зовут?
Еще хорошо помню, гнилью вдруг потянуло откудато. Алексей Алексеевич поворачивается к Ельцину, говорит:
– Я – Елена Семеновна Полторац… на два с половиной.
У меня ноги отнялись.
– Все, – говорит, – во что я вложил душу, чтобы не платить налоги, оформлено на Елену Семеновну Полторац… на два с половиной.
И заплакал, что он тоже не настоящий.
Мы выпили. Только хотели закусить – часы гдето: бумбумбум… двенадцать раз, дверь сама открывается, на пороге вот такая крыса!
Я как закричу:
– Все! Хватит пить! Расходимся!
На посошок, конечно, выпили. Покойник Сергей Сергеевич пошел провожать Елену Семеновну Полторац… на два с половиной, Ельцин – меня.
Идем. Я скорее, скорее домой – жутко мне, настоящих людей не осталось, только мы с
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
|
