|
Приятного прочтения
Сестрица Аленушка
овить, мол, не знаешь ты ничего.
Тот сразу побагровеет!.. Час молчит, два. Потом глаза вверх! Посмотрит в дыру, говорит:
– Везде.
У всех сбывается.
Сам он говорит мало. Я подозреваю, он только суть говорит. Дальше самим надо догадываться. «Где, где будут драть?» Кого где! Правильно? Кого на суше, кого на море… шахтеров под землей.
Ой, народ прет к нему!.. Есть отчаявшиеся такие… ухорезы, ни своей, ни чужой башки не жалко. Спрашивают:
– А кто конкретно будет нас драть?
Тот замрет – день не дышит, два. Потом глаза вверх! – молодец прямо, работает на совесть, – глаза вверх, через пять минут говорит:
– Кому не лень, тот и будет вас драть.
Все очень верят ему. Один попался сильно умный, говорит:
– Кого вы слушаете? Он же жулик.
Сразу этого умного – цоп! Голову ему свернули набок, чтобы всем издалека было видно, что он умный очень. Остальным сказали:
– Кому не нравится, идите!.. Пытайте счастья на стороне. А мы дождемся, когда этот святой человек скажет нам чтонибудь хорошее на Родине.
Тот пока говорит только:
– Вас будут драть.
Вчера он начал гадать по пиву – к концу дня предсказал… одним – «васусать», а другим – «матьвасусу».
Старики думают, что в обоих случаях означает одно – вас будут драть.
Завтра он начнет предсказывать по водке.
Все ждут, что скажет. Но, что бы ни сказал, все верят – сбудется слово в слово.
Рейтинг
Все рейтинги врут.
Недавно еду в метро. Входит в вагон мужик – вылитый Чубайс! Четырнадцать и девять десятых процента хотели сойти на ходу, двенадцать и шесть десятых стали искать, нет ли под рукой чего тяжелого, девять и пять десятых процента улыбаются в пространство – затрудняются ответить, если о чемто спросят.
И вот один нашел чтото тяжелое, обрадовался – слезы из глаз. Подходит к Чубайсу, говорит:
– Ну что, рыжий?!
Меня даже покоробило. Нельзя так фамильярно. Главное – тот на восемьдесят и три десятых процента черный. Так вылитый Чубайс, только черный весь и ростом чуть ниже… чем Гайдар.
Короче, обидел того ни за что. А народ же у нас жалостливый. Он может забить до смерти, но если тебя ктонибудь до него обидел, он заступится.
Смотрю, процентов семьдесят уже стеной за Чубайса. Но он боком стоял, Чубайсто, а тут вдруг повернулся лицом… И все креститься начали. Боком – Чубайс, а обернулся – Черномырдин! На лицо – не различишь. Два лица как два яйца. Даже как два овца из одного яйца.
Только он повернулся – двадцать и три десятых процента начали кошельки перепрятывать, шесть и семь десятых процента, и среди них семь и шесть десятых из тех девяти и пяти десятых, кто до этого в пространство улыбался, они стали шарить, нет ли чего тяжелого под рукой. И тут остановка – сорок три и две десятых вышли, тридцать девять и шесть
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
|
© 2007 talkliterature.info. All Rights Reserved
|
|
