Приятного прочтения
Приключения Алисы
новую моду взяли – щенками дают… Щенок пять тысяч стоит.
– Взятка?!
– Подарок.
– Выйдите вон!
Гайдару стало плохо, он коекак дотащился до кресла и тут же рухнул в него, схватившись за сердце. Заглянувший Шохин вызвал «скорую помощь».
Врач долго мял руку в запястье, жевал сочные свои губы, но ничего не говорил.
– Что с ним? – спросил присланный от Ельцина Шахрай.
– Сразу не скажешь, – запетлял врач.
– Жить будет?
– Как Бог даст.
– И вы ему чтонибудь дайте.
– А намто кто дает? – с обидой спросил врач.
Шахрая возмутило, он выбежал из кабинета.
Секретарша достала свой незамужний кошелек, отдала последние сто рублей.
Сделали укол. Гайдар повеселел до того, что вызвал начальника госбезопасности, намереваясь посвоему отблагодарить врача.
Когда гэбиста ввели в курс дела, он сокрушенно закачал головой:
– До чего дошло! Кому ж теперь верить?
– Арестуйте его, – потребовал Гайдар. – Сорную траву с поля вон!
– Арестовать можно, – затоптался гэбист. – Да тоже ведь хлопоты… лжесвидетелям плати, то да се, пятоедесятое… бензин нынче…
Секретарша стянула с пальца перстенек.
После второго укола Гайдар задышал ровнее, но серость с лица не сходила и речь не ладилась, хотя явно тужился сказать чтото.
Наконец мертвую тишину разбавил слабый шепот:
– Господи, почему ты не заберешь меня отсюда?
И столько было искренней боли в этом страдающем голосе, что сверху откудато разлился неземной свет и добрыйдобрый голос сказал:
– Забратьто можно… Да тоже ведь… у самого семья: Сын, Святой дух… тосе, пятоедесятое.
Гайдар, собрав остатки сил, поманил пальцем невесть откуда взявшегося корреспондента.
– Егор Тимурович, что?
– Коррупция на всех уровнях!
– Эка, батенька, – разочаровался корреспондент, – этой новости уж лет семьдесят… Можно, конечно, подать и как открытие… да бумага нынче вздорожала – никаких сил нет.
Гайдар тоскливо посмотрел в окно. День разгорался медленно, нехотя, как бы говоря: разгоретьсято можно, да тоже ведь зима, мороз, то да се, пятоедесятое…
Мужик и Партии
СКАЗКА
Шел мужик по дороге. Шел, шел, шел, шел, шел, шел, шел, шел – долго шел. Еще немного прошел – чувствует: завелась в нем нужда, так себе нуждишка, ничего особенного, но всетаки.
Свернул он в лес, в кусты, приготовился избавиться от нужды, вдруг ктото громко над самым ухом:
– Стой!
Оборачивается мужик, видит – поляна. На поляне сидят все партии, которые у нас есть: коммунистическая, демократических много, лейбористы там, ну где всех упомнить, партий пятьдесят, чтобы не соврать, или около того.
– Чего ты хочешь, мужик? – спрашивают.
– Да я вот, – простая его
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
|
