Приятного прочтения
Гробница Скелоса
обнаженным телом Димы, Светка склонилась к его лицу, покрывая щеки, лоб, закрытые глаза поцелуями. Опускаясь все ниже, она ласкала губами его шею, грудь, живот.
— Можно еще быстрее, мы теряем время, — сказал Волохов, отходя в сторону и набирая номер на сотовом телефоне.
Ответили сразу.
— Иван?
— Да.
— Я сейчас опишу два рунических знака, сможешь зарисовать?
— Смогу.
— Большой круг, разорванный сверху… — Волохов быстро описал рисунки. — Если не сможешь опознать — свяжись с Александром Ярославовичем.
— Понял, — сказал Иван, — я вам перезвоню.
— Как у вас дела? — спросил Волохов.
— Все в порядке. Очень приятные люди. Один даже хотел помочь мне корешок растереть. Только миску раздавил.
— Ну да, — пробормотал Волохов, — сила есть, ума не надо.
Он спрятал телефон и постоял над трупом. Неужели его убила Светка, вогнав огромную дозу наркотика? Нет, она не стала бы его уродовать. Может, здесь был кто?то еще. И где человек, которого она истязала?
— Павел, или как вас там, — позвал Брусницкий, — идите сюда. Посмотрите, сейчас я увеличу.
Он переключил камеры и увеличил изображение подлокотника кресла с пристегнутой широкими ремнями у локтя и запястья рукой. Пальцы, как бы в ожидании, барабанили по ручке. Однако стонать мужчина не переставал.
Внезапно широкие ремни дрогнули, зашевелились и поползли из стальных застежек.
— Лицо, — потребовал Волохов, — дайте крупно лицо.
Экран заполнило изуродованное порезами, окровавленное, но спокойное лицо. Что?то медленно, почти неуловимо менялось в нем. Глубже западали глаза, заострялся подбородок.
— Что у него с глазами, — спросил Брусницкий.
Будто черная пленка скользила вниз из?под век по глазному яблоку. Так падает занавес в театре, скрывая сцену и склонившихся в поклоне лицедеев.
— Вот он, — сказал Волохов, — вот кто приходил к вам вместо отца Василия. Вот, кто нам нужен! Дайте общий план.
Мужчина медленно поднялся из кресла и поднял к лицу скрюченные пальцы. Кровь перестала течь из многочисленных порезов на теле, застывая темными струпьями. Удлинившиеся пальцы становились суставчатыми, покрываясь сухой сероватой кожей. Он шагнул вперед. Чудовищно раздутая посиневшая мошонка болталась между ног, словно наполненный грязью пластиковый пакет.
Полулежа между раздвинутых ног Дмитрия, Света энергично двигала головой, лаская губами его член.
— Сейчас, — выдохнул он, — сейчас. Но я не хочу так, я хочу тебя чувствовать, я хочу остаться в тебе, пусть ненадолго.
Она встала над ним на колени и, направляя пальцами мокрый от слюны член, опустилась на него. Затем, склонившись вниз, прижалась грудью и животом к телу паренька и энергично задвигала бедрами.
— Любовь или жалость? — пробормотал Брусницкий.
Вопрос остался без ответа.
Дима обхватил ладонями лицо Светки, нашел ее губы и припал к ним, лихорадочно целуя. Она отвечала на его поцелуи. Руки его опустились на ее покрытые едва зажившими ожогами яг
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
