Приятного прочтения
Брэнт Йенсен
аже если бы до такой мысли додумался. Прямой, словно на штык уселся, ливрея сверкает, аж глазам больно, и вообще не ходит он по земле, как простые смертные, а вышагивает. А уж важности в нем... на четверых баронов хватит и еще на виконта останется.
Повел он нас по коридору. Идем, двери рассматриваем. А они, что занятно, чем дальше от лестницы, тем меньше и уже. В первые «фердинанд» мог проехать, не особо напрягаясь, а вот дальше... а мы все идем и идем.
Сейчас, думаю, запихнут в каморку для швабр и буду там на полочке калачиком сворачиваться.
— Далеко еще?
Ливрейный на меня даже не покосился. Прошествовал еще шагов десять, наклонился и распахнул... ну, называется это, наверное, дверцей, только у сундука с казной, что я давеча тягал, крышка не намного меньше.
— Прошу вас, — выгибается, — взглянуть на отведенные вам покои.
Зашел я внутрь, огляделся... однако действительно покои. Тридцатьчетверке разве что тесновато будет — мало пространства для маневра. А взвод запросто разместится. Причем половина — на кровати. Кровать эта три на три метра, да еще с этим... ну, палатка сверху... балдахином.
Интересно, думаю, а что ж тогда за теми, первыми, дверями? Степи украинские?
— Ну, что ж, — говорю. — Комнатушка неплохая. Вот только роспись на стенках больно унылая. Обоями, что ли, ее обклеить?
Тип в ливрее аж задохнулся.
— Но, милорд, — сипит. — Это же фрески работы самого Эльехо!
— А что, — спрашиваю, — отставать будут?
Подошел к кровати, рукой провел — здорово! На такой кровати я последний раз спал... да никогда в жизни я на такой кровати не спал! А вообще на нормальной постели с нормальный бельем — в госпитале.
— Ух ты. А как этот матерьял называется?
— Это, — почтительно так отвечает ливрейный, — белый аксамит. Ткань, чрезвычайно ценимая особами королевской крови за ее способность сочетаться с бриллиантами.
— Ага, — говорю. — На маскхалат, значит, тоже сгодится.
Тут тип и вовсе лицом стал на этот самый аксамит похож. Ладно.
* * *
Зачем комбриг мне эту экскурсию устроил — я, честно говоря, так и не понял. Может, потому, что я теперь сам какое-никакое, но командование, а командование обязано представлять возможности местного отечественного производства. Хотя... Во-первых, представил-то я по большей части невозможности этого самого производства, а во-вторых, мне ж за линию фронта идти! На кой же, спрашивается, ежкин кот, мне мозги секретной научно-технической информацией забивать?!
Для начала нас в лабораторию повели. Алхимическую. Выглядело это точь-в-точь как наш школьный химкабинет, только более мрачновато, и стекляшек всяких поменьше — видно, порох тут уже получили. Да, и вытяжного шкафа у них тоже нет — я об этом еще в коридоре догадался. Не знаю, как там постоянный персонал выживает, а вот для посетителей стоило бы против
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
