Приятного прочтения
Брэнт Йенсен
Понял?
Плохо, думаю, будет, если этот лесной житель человеческую речь понимать не обучен. Хотя пока что у меня с местными языкового барьера не возникало.
— Обещаю, — бурчит шерстяной. Поставил я его перед собой.
— Так, — спрашиваю. — Ты у нас кто будешь?
А этот суслик весь нахмурился, насупился и глазищами из-под бровей так и зыркает.
— Местный.
— Что-то не похож, — говорю, — ты, парень, на местного. Может, — спрашиваю, — документик у тебя какой на этот счет завалялся, а?
Тут Роки подбегает.
— Ух ты, — орет на весь лес. — Это же леший. Вот это да. Как это, товарищ командир, вам его изловить удалось? Они ж скрытные, человеку нипочем...
Ах, вот оно что. Леший, значит, думаю. Ну, ну. И не таких видали — и рога обламывали. На касках.
— Стоп, — говорю. — Ты мне вот что скажи — лешие эти, они за нас, в смысле за Свет, или как?
Роки задумался.
— Да как сказать, командир. Ни при том, ни при сем. Нам гадят иногда по мелочи, но и Тьму недолюбливают.
— Для нас, — нагло так леший заявляет, — главное — Лес. А все ваши склоки...
— Ясно, — киваю, — нейтрал. Типичнейший.
Бедняга леший от такого определения аж на землю сел. Лапами в воздухе начал знаки какие-то чертить — решил, наверное, что я на него проклятье какое-то наложил.
— Ладно, — говорю, — хорош мельницу изображать. Лучше скажи, что мне с тобой делать — шлепнуть на месте, как врага народа, или просто в моську насовать и на все четыре стороны отпустить?
Леший прямо-таки взвыл.
— Нет! — визжит. — Только не на стороны! Нет! Шлепайте, бейте, только не на все стороны!
Тут меня смех разбирать начал.
— Ты сам-то, — спрашиваю, — понял, чего сказал?
— Ага, — орет этот пенек. — Видел я, как вы в стороны пускаете. Как грохнет — только шерсть клочьями.
Да это же он, соображаю, подсмотрел, как мы эти гранаты гномские испытывали. И решил, что мы его... Ну, олух.
Тут и остальные подбежали. Собрались вокруг, смотрят — бедолага леший от такого внимания прямо на глазах скукожился. Смотрит жалобно... я и не выдержал.
— Ладно уж, — говорю, — чудо лесное. Хватай свою бадейку и вали отсюда. Еще раз попадешься, обстригу шерсть и сдам в счет госпоставок. Расступитесь, парни, пусть идет.
Леший своему такому счастью даже не сразу поверил. Секунд десять еще на меня пялился, потом опомнился, подхватил свой туесок и бочком, бочком — а потом так припустил, что любой заяц позавидует. Один раз мелькнуло бурое между деревьями — и все.
Ребята ему вслед еще с минуту улюлюкали. Я не мешал, ждал. Наконец успокоились.
— Натешились? — спрашиваю. — Тогда слушайте. С завтрашнего дня для пятерых из вас учеба кончается. А будет экзамен. Тот самый, главный.
Сразу тихо стало. И лица у всех серьезными сделались.
— В... бой, командир?
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
