Приятного прочтения
Брэнт Йенсен
поднять, да махнул им — чуть вслед не улетел. Принцесса, она ведь тоже еще девчонка совсем. А Эскаландер этот против того меча втрое толще. Ей такое — все равно как мне батальонный миномет вместе с плитой на горбу уволочь. Да и длиной он — почти с нее.
И тут словно вспыхнуло. Потащила она этот меч из ножен, а лезвие сияет, как будто на него прожектор направили.
Ничего себе, думаю, иллюминация.
Ладно. Вытащила она его полностью, ножны куда-то в темноту отбросила и держит его острием вверх — добрый метр над головой. А потом я и не понял даже, что случилось. Был меч, и вдруг не стало его, а вместо него — круг светящийся.
Если б я уже на бревне не сидел — так и сел бы на землю. Ни черта ж себе, думаю, я как-то тросточку легкую попробовал вот так крутить — и то пальцы устают. А тут... не-е, думаю, явно без магии не обошлось.
Принцесса стоит себе, даже по сторонам не смотрит, а круги вокруг нее так и порхают, словно мотыльки. То вертикальные, то плашмя, то на всю длину, то у самых волос. Только свист тихий слышится.
И вдруг звон раздался, металлический такой, протяжный взвизг. Все замерли, принцесса тоже, меч чуть наклонила наискось, а на земле перед ней стрела валяется. Короткая, толстая, не от лука, а от самострела.
Я еще подумать успел — на лету отбила, — а потом такое началось. Хватай мешки — вокзал отходит! Меня чуть не затоптали. Еще бы — покушение на главу государства.
Глава 20
Следующее утро я, как и собирался, начал со знакомства с личным составом.
Познакомился... посмотрел на строй, зубами скрипнул, Шаркуну головой мотнул — отойдем, мол.
— Что-то не так, командир?
— Это же... — у меня комок к горлу подступил. — Это же мальчишки! Им еще... в лапту играть. А у нас... ты же сам понимаешь, мы же с тобой вчера...
А Ралль на меня недоуменно так смотрит.
— Кажется, — говорит, — я догадываюсь, что тебя беспокоит, Сергей.
Ну, спасибо, ежкин кот! Догадывается он! Гений!
— Наверное, в твоем мире этим мальчишкам позволили бы, как ты сказал, доиграть в куклы. Но у нас идет война, идет давно, и то, что юноша в пятнадцать лет уже воин, а в восемнадцать — ветеран, нам привычно. Моему первому легату было двадцать. Они и не ведают, что может быть по-другому.
— Что-то, — говорю, — вчера, когда я по лагерю шел, мне навстречу другие призывные возраста попадались.
— Странно ты изъясняешься, командир, — усмехается Ралль, — но смысл твоей речи мне ясен. В лагере ты видел наемников, у которых за плечами не одна сотня боев. А всех новобранцев гоняли на тренировку. — И, — продолжает, — позволь сказать, командир.
— Говори.
— Ты ведь будешь учить нас своему искусству боя? А этих, — кивает на застывший строй, — тебе будет научить легче, чем старых бойцов, которые все равно будут хвататься за твой...
— ...автомат...
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
