Приятного прочтения
Ответное чувство
не очень-то понятный для нас мир, и часа два слышались удары в бубен то одной, то другой колотушкой, пронзительные гортанные крики и стоны бьющегося шамана. Да, это было зрелище, и публика им насладилась! Прибывали новые и новые туристы, пришлось поставить турникет, чтобы не задавили шамана; трудно сказать, кто пребывал в большем восторге - публика, торговцы или тележурналисты.
...Но через два часа шаман вдруг сел на собственные пятки. Замер в странной для европейца, как будто страшно неудобной позе, отер лицо и стал задумчиво собирать колотушки в меховые футляры.
- Как?! Уже все?!
- Больше нельзя...
- Почему же нельзя?! Надо еще...
- Нет, больше нельзя, плохо будет.
- Мы вам... Вот!
Шаман как-то и не обратил внимания на пачку долларов и марок (что взять с дикого человека!); какое-то время он подслеповато помаргивал, глядя на журналистов.
- Нельзя... Дождик будет.
- Пусть будет! Мы любим дождик, пусть себе идет! Вы, главное, камлайте, а мы... вот!
Бумажки перекочевали в необъятные карманы халата, шаману поднесли еще водки, и он еще немного покамлал. За эти несколько часов со всех сторон небольшой Австрии съехались прямо-таки толпы туристов, и не было печатного издания, радиовещательной корпорации или телевизионного канала, представители которого не снимали бы, не устанавливали микрофоны, не бормотали что-то в диктофоны, не пили и не жевали бы внизу, за столиками
временных кафе и ресторанчиков. Ехали не только из Австрии, ехали из Германии. Италии, Венгрии, Польши, Греции и Скандинавии - благо, расстояния Европы вполне позволяли нашествие.
Спускался вечер, и что самое смешное, и правда начал собираться дождик! То ясное небо сияло и плыли над горным хребтом, над городом пухлые белые облака. Теперь же ветер порывами нес какие-то серые обрывки; чем выше, тем быстрее мчались эти обрывки, и становилось понятно - там, высоко, выше пояса кучевых облаков, ветер дует просто с неправдоподобной скоростью. Стемнело рано, закат погружался в размытую пелену, и из этой розовой мути на западе все летели и летели разорванные ветром облака. Пахло сыростью, похолодало.
- Дождик будет! - кивал шаман на эти серые облака, словно остальные не понимали, не видели надвигающегося ненастья.
- Дождик - это хорошо! Мы любим дождик! Ты камлай, камлай! Попляши еще немного! - гомонили журналисты и устроители деяния.
- Дождик долгий получится,- убежденно произнес шаман.
- Пускай долгий! Это ничего! Ты камлай!
Шаман впал в глубокую задумчивость и долго смотрел на западный окоем неба.
- Однако, надо отдыхать! - убежденно выговорил шаман.
Это справедливое намерение трудно было не удовлетворить, но уложили его на этот раз не в самой Вене, а в отельчике под горой, и все комнаты вокруг заняли бессонные журналисты и представители общественности - те, кому особенно сильно хотелось, чтобы он завтра с утра снова начал.
Во все концы Европы летели телеграммы, во всех редакци
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
|
